Архив   Авторы  

Английская рулетка
Искусство

На московских экранах "Револьвер" - новый фильм режиссера Гая Ричи

Гай Ричи из породы режиссеров, ухвативших удачу за хвост. Первый же его полнометражный фильм "Карты, деньги, два ствола" стал культовым. Элегантная комедия о местечковых разборках лондонских "авторитетов" настолько понравилась мировой кинообщественности, что уже во второй картине Ричи - "Большой куш" - снялись голливудские звезды Брэд Питт и Бенисио дель Торо. Этот фильм подтвердил реноме молодого талантливого автора. Правда, затем последовала провальная мелодрама "Унесенные", которую можно рассматривать как своеобразный подарок жене Мадонне (она исполнила в картине главную роль). И вот после этой безделки режиссер снова обратился к любимой теме криминальных разборок. Но на этот раз серьезно, почти без юмора.

"Револьвер" - это вам не анекдот про бандитов средней руки, а тяжелый, иной бы критик сказал - вдумчивый фильм про то, как бывший уголовник Джейк Грин (Джейсон Стэтем) постепенно теряет рассудок. Виной чему, считает режиссер, неуемная страсть к деньгам, азартным играм и, разумеется, власти. Джейк отправляется в казино, принадлежащее городскому "авторитету" Дороти Мачу (Рэй Лиотта). Герой знает, что, если он выиграет у Дороти, тот непременно с ним расправится, и все же обставляет гангстера. Теперь за ним и за его близкими гоняются головорезы. И тут объявляется парочка загадочных типов и предлагает Джейку защиту в обмен на все его деньги до последнего медяка.

Гай Ричи составляет какое-то странное, сюрреалистическое уравнение со множеством неизвестных: кто эти люди, обеспечившие Джейку не только защиту, но и возможность поквитаться со злобным Дороти за старые обиды? Что за мифический бандит по кличке Чернокнижник, гроза всех гангстеров города N? И т. д. и т. п. Хотя продюсером картины с бюджетом в 45 миллионов долларов выступает Люк Бессон, знаменитый поборник экшн-фильмов с сюжетами простыми, как в мультиках про Тома и Джерри, в фабуле "Револьвера" разобраться невозможно. Красивейшие кадры с пальбой, так славно получающиеся у Ричи, прерываются тягучими, давящими сценами, в которых герой ругается с голосами в голове. Убедительная игра Джейсона Стэтема и Рэя Лиотты блекнет на фоне ураганного монтажа и анимационных вставок - видимо, по мнению создателей, приемы из тарантиновского "Билла" уже стали нормой современного кинематографа.

Впрочем, возможно, Люк Бессон решил принять участие в проекте на стыке арт-хауса и мейнстрима и таким образом ответить всем, кто обвиняет его в навязчивой пропаганде голливудских идей. Но в итоге "огнестрельный" арт-хаус провис, а мейнстрима оказалось маловато. "Револьвер" напоминает нудную шахматную партию между двумя любителями (возможно, оттого, что герои картины постоянно режутся в шахматы и это, видимо, должно символизировать классический поединок рыцаря со смертью), но за публикацию такой партии, перефразируя Булгакова, журналы денег бы платить не стали.

Стас Лобастов

ВЫСТАВКА

Прости-прощай

Выставка "Чужие города" - своеобразное прости-прощай поре отпусков, чемоданных сборов и открыток на память. Сюжет ее составлен из работ московских художников разных поколений. За минувший век история с географией пережили немало катаклизмов: чужие города из далеких соседей превращались в недоступные иные галактики, потом, вслед за глобальным потеплением политического климата, вновь приближались... Потому гораздо более, чем туристические впечатления, интересен сюжет отношений "свой/чужой", который невольно разыгрывается в работах художников.

Одни следуют естественному порыву, соблазняющему возможностью почувствовать себя своим в чужих местах. Лучше всего этот фокус удается в Париже, позволяющем каждому почувствовать себя бодлеровским фланером, с одинаковым любопытством и отстраненностью взирающим на виноградники Монмартра и на пожар банка Credit Lyonnais (речь о работах Александра Шевченко-младшего 1997-1998 годов). Для художника возможность почувствовать себя парижанином это еще и попытка увидеть столицу искусств сквозь призму своих предшественников. Отсюда выразительные работы Константина Сутягина, в которых схвачены парижский сумрак за окном кафе и яркий свет над барной стойкой, а заодно теплота и грусть публичного одиночества...

Другой путь можно выбрать, если чужая культура настолько иная, что, кажется, и точки соприкосновения едва можно найти. Тогда художник может двигаться либо в сторону экзотических видов, либо к зарисовкам повседневной жизни, как делала Варвара Бубнова в Японии. Ее путевые блокноты - один из самых интересных экспонатов в "Ковчеге". Бубнова рисует углем и карандашом то веранду в японском домике, с чайником, кастрюльками и корзинами, то угольный склад - то, что знакомо было ей и в российском обиходе. При этом параллельно осваивается минималистская техника японского письма - пусть не тушью, а углем. Путь этот - через домашний быт, через повседневность к пониманию чужого мира - может показаться слишком "женским", простым, но успех его бесспорен.

Разница дорог обусловлена не только дарованиями художников и спецификой культуры, с которой они встречаются, но и временем. Показательно, как по-разному видят Нью-Йорк Алексей Кравченко и Павел Шевелев. Для Кравченко в 1929 году этот город как "вершины осуществленных Вавилонских башен", город, где утопия индустриального мира стала реальностью. Рисунки Шевелева (2004), сделанные в резких конструктивистских ракурсах в духе Родченко, и зрителя, и художника помещают не вне, а внутрь городского пространства. В результате - впечатление не только подавляющей пафосной мощи государства, но и сжатого, суженного пространства вокруг человека.

Наконец, еще один путь демонстрируют пейзажи Иерусалима, нарисованные Михаилом Ивановым (1996) и Алексеем Нейманом (1997). "Утро в Иерусалиме" у Иванова, нежно-фиалковое, размытое, словно пришло из снов. Оно будто воплотившаяся мечта, в реальность которой не веришь. У Неймана "Двор в Иерусалиме" фактически не несет никаких примет места: важнее бытовых деталей соотношение света, пространства, плоскостей домов... Реальный пейзаж превращается в метафизический, место, где разыгрывается вечный евангельский сюжет. Чужой город становится таким же знакомым, как слова бабушкиной молитвы, услышанной спросонья...

Ж. В.

Врез 1

HOW MUCH

Более 3,5 миллиарда долларов ежегодно теряют голливудские мейджоры из-за кинопиратов. Для того чтобы бороться с нарушителями авторских прав, самые крупные студии "фабрики грез" на прошлой неделе объединились в корпорацию Motion Picture Laboratories Inc. (Movielabs). Ее специалисты займутся разработкой новых технологий, с помощью которых можно будет пресечь незаконную запись фильмов в кинотеатрах, а также копирование с DVD и распространение в Интернете. В состав Movielabs вошли такие компании, как Walt Disney Pictures, Paramount Pictures, Twentieth Century Fox Film Corp, Sony Pictures Entertainment Inc., Universal City Studios и Warner Bros. Entertainment Inc.

40 миллионов долларов - такова рыночная стоимость автопортрета Рембрандта, похищенного в 2000 году из Национального музея Швеции в Стокгольме. Недавно датская полиция нашла полотно и вернула его музею. На след воров сыщики вышли в ходе операции, проведенной совместно с Федеральным бюро расследований США. Злоумышленников задержали при попытке продать краденую картину в одном из отелей Копенгагена. Имена похитителей в интересах следствия не разглашаются.

30 миллионов долларов собрали звезды кино и телевидения в пользу пострадавших от урагана "Катрина". Дженнифер Энистон, Дэнни Де Вито, Джулия Робертс, Род Стюарт, группа U2, Рэнди Ньюман, Кэмерон Диас, Деннис Куэйд, Мэрайя Кэри, Джованни Рибизи и другие звезды приняли участие в часовом телемарафоне, который транслировался по 29 каналам американского телевидения.

CD

Осторожно, двери закрываются

Выход новой пластинки "Би-2" сопровождался изрядной долей пиара. Публику старались заинтриговать - имена приглашенных музыкантов держали в глубокой тайне, а композиции альбома нарекли "нелинейными" - по аналогии с романами культового постмодернистского писателя Милорада Павича, создателя гипертекста. Мол, песни можно слушать с любого места - все равно что читать "Хазарский словарь" модного сербского прозаика.

Любопытно, что в работе над альбомом участвовали многие известные музыканты - от Сергея Галанина и Найка Борзова до Дианы Арбениной и Линды. Все это благородное собрание в буклете представлено на общем снимке, напоминающем семейные фотографии позапрошлого века. Наши рокеры, переживающие кризис среднего возраста, облачились во фраки и длинные платья и решили немного посентиментальничать и пофилософствовать. Общее настроение такое: вроде и жизнь удалась, и есть что есть, и есть с кем спать, и сигара в длинных пальцах, и "Мерседес" с личным водителем... В общем, как говаривал объевшийся пирогами и блинами домовенок Кузька из мультфильма, "хочется чего-то, а чего - сам не знаю"... Вот Шура с Левой и приглашенные музыканты и призадумались, как бы им оторваться не по-детски. Впрочем, "Агата Кристи", присутствующая на пластинке в лице братьев Самойловых, давно дала ответ на этот вопрос: "Давай вечером с тобой встретимся - поиграем в декаданс". А дальше, как водится, сладкая меланхолия, бананово-лимонный Сингапур, кокаиновая пыль... Встретились... Поиграли... Несмотря на то что диск двойной и дуэты самые непредсказуемые, альбом полностью выдержан в стилистике "Би-2". Минорная незамысловатая "фоновая" электронная музыка, кое-где скупо приправленная гитарными пассажами и еще реже - похоронной ритм-секцией. То, что тексты написаны одним человеком, тоже заметно: ощущение, что слушаешь одну бесконечную "поэму без героя", которую по очереди отрывками читают разные люди. Тексты претендуют на исповедальность: "Не откроется дверь - там за дверью стена, и тогда, и теперь - это та же война". И что же получается? Осторожно, двери восприятия закрываются (привет Джиму Моррисону и Олдосу Хаксли!)? Скучно живете вы на этом свете, господа. Тут нет даже провокации, за которую можно уцепиться и поспорить. Просто люди пришли к кризису и решили сделать этот кризис достоянием публики. Само по себе желание вполне законное. Но получилось, кажется, не очень. Удачей можно считать, пожалуй, лишь вещь в исполнении братьев Самойловых "Уходим в море". Ни дать ни взять - саундтрек для героического советского фильма: "Закрой глаза и не дыши, тут все ворота на запоре. Эвакуация души: руби канат - уходим в море". Что ж, счастливого плавания.

Евгений Белжеларский

Врез 2

ЖДЕМ-С!

ОПЕРАция "Колоратура"

Оперным дивам Суми Йо, Анне Нетребко и Лоре Клейкомб рукоплескали в лучших театрах мира. В ближайшие полгода все они пожалуют с гастролями и в Москву в рамках абонемента Московской филармонии "Искусство колоратуры". На сцене Концертного зала имени П. И. Чайковского примадонны представят очень сложные по исполнению шедевры эпохи итальянского бельканто.

Так, в репертуаре Суми Йо арии эпохи барокко и коллекция колоратурных арий композиторов XIX века. Учителем Йо был сам Герберт фон Караян. Один из величайших дирижеров всех времен и народов утверждал, что уникальное сопрано госпожи Йо - это дар богов. Кстати, запись оперы "Женщина без тени" Рихарда Штрауса с участием певицы была удостоена премии Grammy. Концерт Суми Йо в Москве состоится 29 сентября.

Анна Нетребко - выпускница Санкт-Петербургской государственной консерватории. Ее уникальное сопрано покорило сердца придирчивой публики "Ла Скала" и "Ковент-Гарден". А американские критики так и вовсе назвали ее дебют в опере "Руслан и Людмила" на сцене Оперы Сан-Франциско сенсационным. На московском концерте 22 февраля Нетребко исполнит несколько дуэтов Доницетти, Верди, Гуно, Массне, а партнером ее будет знаменитый мексиканский певец Роландо Виллазон, которого считают одним из лучших лирических теноров современности.

И, наконец, 27 марта в Первопрестольной выступит "сенсация своего поколения" (по мнению издания Musical America) Лора Клейкомб. Эта обладательница роскошного сопрано - лауреат чуть ли не всех специализированных конкурсов. Ее концертный репертуар охватывает музыку четырех веков. Певица с неизменным успехом исполняет произведения Моцарта, Бетховена, Берлиоза и множества других классиков. А в Москве госпожа Клейкомб представит публике произведения Верди, Доницетти, Беллини, Глиэра, Римского-Корсакова. И все это в сопровождении оркестра "Новой России", за пульт которого встанет Теодор Курентзис.

Стас Лобастов

ТЕАТР

В вихре вальса

История возникновения спектакля примечательна. Театр киноактера критиков на свои представления сроду не звал, спектакли показывал преимущественно антрепризные, комедийно-развлекательные, на случайную и непритязательную публику ориентированные. А тут - Шекспир, не слишком популярная пьеса, особых сценических успехов не знающая. Да еще пригласили актера Игоря Яцко на постановку, и как хотите, но это странно. Потому что Яцко и антреприза, как гений и злодейство, две вещи несовместные. Тем, кто не знает: Игорь Яцко - главный актер театра Анатолия Васильева, и этим все сказано. Надо думать, что для него, как и для его учителя, Дух превыше всего, а уж тем более превыше расчета, выгоды и прочего, что сопровождает коммерческие проекты. Говорят, что сначала ему предложили поставить эту пьесу для одного известного актера (имя держится в тайне), месяца эдак за два, и, ясное дело, Яцко отказался. Взялся сделать спектакль с молодыми, никому не известными пока актерами, и работал над ним примерно год.

Шекспир написал историю о том, как некий герцог Винченцо решил на время удалиться от дел, оставив наместником жестокого Анджело. Тот немедленно навел страх на подчиненных, посадив в тюрьму молодого человека только за то, что тот, не успев жениться на своей возлюбленной, сделал ее беременной. Провинившегося юношу едва не казнили, но в дело вмешался мудрый герцог, и все кончилось хорошо. Из пресс-релиза явствует, что Яцко хотел поставить спектакль про "невозможность исправления нравов людей одной лишь силой законов и указов". То есть все вроде бы очень серьезно и даже актуально. На актуальности режиссер даже настаивает, уверяя (все в том же пресс-релизе), что в спектакле смешаны времена Шекспира, 30-е годы Европы XX века и нынешнее время. Как уж оно там все вместе смешалось, не знаю, но венский бал был налицо. С него, собственно, все началось.

Танцевали долго, один вальс Штрауса сменял другой, на экранах, развешанных над сценой, мелькали кадры из старых фильмов: "Сладкая жизнь", "В джазе только девушки", "Закон есть закон", и лучше не спрашивать, к чему тут эти фильмы. Не знаю. Спектакль шел больше четырех часов, наворочено в нем много чего, культурных слоев не перечесть - цитата на цитате. А смысл содеянного ускользал и терялся в хаотическом потоке самовыражения. Яцко впервые ставит спектакль на большой сцене, понятно, что он решил вместить в него все свои мысли, умения и ощущения. Прежде всего он решил научить актеров произносить текст так, как это делают теперь в театре у Васильева. То есть ставить ударение на каждое слово и даже предлог, в результате фраза звучит более чем странно, а ее содержание (бытовое и даже психологическое) затуманивается окончательно. Ясное дело, что придумано все это для какого-то высшего смысла, но его, увы, угадать не удалось. Несмотря на серьезность идеи, играется все подчеркнуто пародийно. Зачем? Не угадать и это, как ни старайся. В итоге диковатая для этой сцены манера речи тоже кажется злой насмешкой, хотя Яцко всего лишь старался быть благодарным учеником, а безусловно способный Владимир Петров, играющий Анджело, копировал самого Яцко почти идеально. Пожалуй, только Мария Викторова (Изабелла) обнаружила здесь собственную яркую индивидуальность, но для такого большого и многонаселенного спектакля этого явно мало.

Марина Зайонц

Врез 3

"ИТОГИ" ПРЕДСТАВЛЯЮТ

Главный по диванчикам

С 28 сентября в галерее Гари Татинцяна - персональная выставка американского дизайнера Карима Рашида. Карим Рашид, пожалуй, самое яркое явление в современном дизайне: все, что он делает, абсолютно оригинально, его нельзя сравнить ни с кем. Интересы Рашида распространяются не только на область домашнего дизайна - он моделирует среду, образ жизни и мыслей, меняет отношения человека и вещи.

Кола на него нет!

27 сентября галерея "Риджина" открывает новый сезон выставкой "Доктор Дракула" немецкого художника Джонатана Меезе. Меезе без сомнения можно назвать лидером молодого поколения берлинских художников-бунтарей. Критики пишут, что он "умудрился за экстремально короткий срок приобрести статус звезды". Бронзовые скульптуры и живопись, созданные Меезе специально для выставки в Москве, будут объединены в инсталляцию, призванную вызвать из небытия пугающий образ средневекового графа Дракулы.

Не про ЭТО

Главному герою новой американской комедии "Сорокалетний девственник" на первый взгляд живется славно: не слишком тяжелая работа, хорошие деньги, маленькая уютная квартирка и коллекция игрушечных героев комиксов. Но у Энди куча комплексов: ему сорок, а он ни разу не был с женщиной. Как же радуются его друзья и мать, когда Энди начинает встречаться с симпатичной дамочкой! Однако наш герой и не собирается приобщаться к радостями секса... На московских экранах с 29 сентября.

Перетрет!

Оказывается, для того чтобы стать супергероем, совершенно не обязательно обладать сверхъестественными способностями. Для этого достаточно учиться в специальной школе "Небесная высь". Так считают создатели нового детского блокбастера "Высший пилотаж" (Walt Disney Pictures). Главный герой картины - Уилл Стронгхолд, сын суперродителей. В первый год обучения ему приходится несладко: он сталкивается с деспотичным учителем физкультуры и опасным, завистливым хулиганом, способным выпускать огонь из рук. Но терпение и труд, как известно... В прокате с 29 сентября.

На заре туманной юности

К открытию нового театрального сезона РАМТ подготовил сразу несколько премьер. Одна из них - "А зори здесь тихие" по одноименной повести классика советской литературы Бориса Васильева. Нет нужды пересказывать сюжет повести. Интересно другое - личность режиссера Александра Устюгова, поставившего спектакль. Устюгов - настоящий человек-оркестр: активно играет в театре (неоднократный лауреат "Чайки"), снимается в кино и даже создает мультфильмы. Его дебют в качестве режиссера - 27 и 28 сентября.

БЕСТСЕЛЛЕР

Ложная тревога

Конечно, всегда интересно увидеть отечественного классика глазами иностранца, да к тому же профессора Лондонского университета. Интересно понять, как они вообще там воспринимают нашу культуру, наших богов, сам русский дух, наконец. Тем более когда в основе повествования не житийный принцип, не иконопись, как принято у нас по отношению к великим, а что-то совсем иное - взгляд "простодушного" дознавателя, не связанного никакими идеологическими догмами.

Неудивительно, что издатели книги умело педалировали сей факт, представив свою продукцию как сенсацию: "Новая, исчерпывающая, полная биография... из неиздаваемых и стыдливо замалчиваемых в советскую эпоху материалов... совершенно другой... Чехов". А тут еще подоспел скандальный отзыв одного известного писателя. Нет, не о книге - она ему как раз понравилась, - о самом классике. Мол, мы-то, дураки, настоящего Чехова и не знали раньше. Вот, понимаешь, фрукт был: и примитивен, и груб как сапожник, и бабник, прямо второй Казанова, а ведь как хитро всю жизнь под маской интеллигента скрывался. Спасибо англичанину - глаза открыл... В общем, настоящий "сеанс с разоблачением", полное и окончательное развенчание кумира. Меж тем на самом деле все оказалось не так страшно, за моральный облик классика можно не беспокоиться. Впрочем, не будем заранее разочаровывать любителей сенсаций. Ведь для тех, кто ночи не спал - мечтал проникнуть в альковные тайны писателя, это будет не книга - именины сердца. Еще бы! Впервые опубликован так называемый донжуанский список Чехова (хотя мы и раньше знали, что монахом он не был). Дотошный Рейфилд вспомнил всех поименно, обнародовал пикантные подробности иронично-серьезных отношений писателя с дамами - разными "собаками", "кукурузами души". Впрочем, совсем не для того, чтобы заклеймить его мужской шовинизм, а чтобы показать, что больше всего Чехов ценил личную свободу, скучая при этом по "сильной любви". Рейфилд опубликовал все откровенные письма классика к братьям и приятелям, циничные (только не для врача) рассуждения на тему взаимоотношений полов и, как вы сами понимаете, "последствий" этих взаимоотношений. Автор провел даже следственный эксперимент, пытаясь определить, был ли несостоявшийся ребенок Ольги Книппер, жены-актрисы, чеховским или... Другое дело, что "добрый доктор Чехов" бывал и впрямь неожиданно жесток ("человек-кремень"). Но только в тех случаях, когда дело касалось идейных принципов. Кроме того, временами впадал он и в резкую назидательность, разбираясь с беспутными родственниками и объясняя им, что такое "воспитанные люди" ("уважают... человеческую личность, а потому всегда снисходительны, мягки, вежливы, уступчивы..."). Удивительно другое, весь этот суровый ригоризм Антон Павлович относил прежде всего к себе, муштруя внутреннее "я" без роздыху, как унтер новобранца. А еще успевал лечить, строить школы, помогать всем встречным-поперечным. Ясное дело, не просто так - теперь мы знаем, - это он прикидывался хорошим. И все-таки кажется, что сенсация здесь все-таки есть. Но относится она, извините, к вечному, а не к конечному. К болезни. К смерти. К тому мудрому смирению, стоицизму, с каким Чехов, уже неизлечимо больной, прожил последние десять лет, беспощадно приучая себя и - очень деликатно - близких к мысли о неизбежном уходе: "Все равно после лета должна быть зима, после молодости старость, за счастьем несчастье и наоборот; человек не может быть всю жизнь здоров и весел... надо быть ко всему готовым... Надо только, по мере сил, выполнять свой долг - и больше ничего". И верно - ничего.

Елена Сизенко

Врез 4

Беда от щедрого сердца

Заморочившись вконец на авангардах разных да перевозбудившись на постмодернизмах сомнительных, редкий критик добежит сейчас до Театра Луны. И напрасно: не понимает, чудак, своего счастья. Только там ему и сделают... красиво, "райским наслаждением" накормят. Так бы, бедолага, и похрустел всласть, да перед коллегами совестно - со всех сторон шипят: кич, кич, не ешь, вкус к настоящему потеряешь.

Вот и после "Лиромании" тоже поджали губы. Напрасно, дорогие. Этот задорный мюзикл про короля Лира вообще не для нервных господ шекспироведов. Что тут поделаешь, устарел старик Шекспир - пришлось Сергею Проханову за него взяться. Сюжет взбодрить. Стихи написать, самому поставить, в смысле дыма напустить, да гламурного художника Юрия Харикова пригласить. Жаль только, половина текста пропадает: музыка Александра Журбина хорошая, давным-давно уже хорошая, годов с 70-х знакомая. Но, правда, громкая. Только отдельные слова и разберешь: "Корделия-камелия", "Ох, боже, пойдем скорей на ложе", "Во имя мира, отпустите Лира". Больше других, естественно, надрывается сам незадачливый папаша (Евгений Герчаков), пот с него градом так и льет... Но никто его не слышит... А вот что заводит здесь по-настоящему, кроме поющих и танцующих деток из студии при театре, так это новая концепция. Ее озвучил королевский шут: "Не надо было сразу все дарить. От этого все беды". Мол, раздавал бы, дуралей, наследство медленно, по шесть соток, подольше бы дочери любили.

Это, впрочем, ко всем относится, въехали?

ТЕЛЕВИДЕНИЕ

Из тени в свет

Для тех, кто скучает по "Антропологии", есть хорошая новость. Дмитрий Дибров снова в телевизионном строю. На этот раз - на канале "Россия". Здесь по субботам в 16.00 будет выходить его новая программа "Про СВЕТ". С "Антропологией" ее, по-видимому, будут объединять не только минималистский антураж студии, но и "лица необщее выраженье" ее героев. У передачи есть еще второй отец-основатель - Борис Гребенщиков. Название (как, впрочем, и идея) - на его совести. "Про СВЕТ", вопреки циничным ожиданиям, вовсе не про светскую жизнь в узком кругу артистической богемы. Для Б. Г. и Д. Д. другие значения актуальнее. Просвет как антоним беспросветности, как надежда, брезжущая в конце туннеля, как луч, выявляющий скрытую структуру, делающий невидимое очевидным, как родственник немодного ныне просветительства. Или и вовсе как послание иных миров. На представлении программы Гребенщиков счел нужным заметить: "Телевизор у меня отключен лет десять, потому что там... (пи-ип!) достаточно, а мы хотим показывать то, что обычно не показывают".

Среди того, что обычно не показывают, новейший видеоарт с западных фестивалей и работы нераскрученных ребят из российской глубинки, интервью с Куртом Воннегутом (если получится) и новая анимация Хаяо Миядзаки, показанная им самим, разговор с Юрием Борисовичем Норштейном и его новые работы... Планов - громадье. Передача будет строиться из трех частей: встреча с гостем, арт-новости со всего мира и, наконец, музыкальная группа в прямом эфире...

Короче, "Про СВЕТ" обещает показать на ТВ "прорывную эстетику", говоря словами Диброва, или попросту - независимое искусство. Независимое искусство на государственном канале - звучит странно, но очень заманчиво. Удастся ли проект, похоже, зависит не только от того, сможет ли Дибров взять интервью у Курта Воннегута, пригласить выступить в программе Боба Дилана, процитировать кинематограф, живущий вдали от голливудского мейнстрима... Открывать для России западных художников - дело, конечно, хорошее. Но, на мой вкус, гораздо любопытнее вторая часть проекта, предполагающая обратиться к тем, кто не вписывается в рамки масскультуры российской. "Музыканту в Вологде, художнику в Омске, поэту в Мурманске кажется, что в конъюнктуре культуры все утрамбовано, - говорит Дибров. - Хотелось бы сказать, что это не так, что есть просвет и есть по крайней мере одно место, где его ждут. Это Покровка, дом 17".

В доме N 17 на Покровке открыта приемная программы "Про СВЕТ". Здесь ждут всех, но гарантий не дают никому. "Мы не филиал Кащенко и не клуб художественной самодеятельности. Мы рассчитываем на гениев", - заявил Дибров. Заявление опасное, поскольку кто ж из творцов не считает себя гением? Обижаете людей, Дмитрий Александрович. Тем не менее и Гребенщиков, и Дибров уверены в том, что уж один гений на десять тысяч наверняка найдется. Остается только убедиться, что этот статистический расчет подкреплен реальностью.

Жанна Васильева

ЧТО В ИТОГЕ

Мечтать не вредно

Смотрите, что получается: уже на двух крупных кинофестивалях, Московском и Венецианском, побеждают российские фильмы о космосе. Режиссер с исконно русским именем Алексей и символической фамилией Учитель, словно Гагарин какой, идет в отрыв, побивая всех и вся своей сагой о предчувствии космоса (читай - больших перемен, когда жить станет лучше и веселее). Другой Алексей, но уже Федорченко, пленяет утонченную венецианскую публику еще одной сагой - космическо-фантастической. Где вместо предчувствий и томлений - изощренная мистификация, воспроизводящая якобы документальные кадры о подготовке первого космонавта, который чуть было не высадился на Луну еще в 30-х годах прошлого столетия. Да уж, эти самые "Первые на Луне" наделали много шуму в Венеции: серьезные люди, словно дети малые, поверили, будто так оно и было. Выразив недовольство г-ну Федорченко, что он, мол, своими инсинуациями хочет отнять у американцев славу первопроходцев. Вот так-то.

О федорченковском призе ("Первые на Луне" победили в параллельной венецианской программе "Горизонты") написано немало - так же как и о учительском. Кто-то остался доволен, кто-то искренне возмущался, речь сейчас не об этом. Интересно другое. Вся эта космическая вакханалия, возрождение старого советского "бренда", по-моему, кое о чем свидетельствует. А именно о неизбывной, неискоренимой потребности русского человека мечтать. И не о какой-нибудь там презренной обывательской ерунде, а о расширении возможных и невозможных границ. О завоевании Сибири, о возвращении Аляски, о Константинополе и проливах - и так до самого Марса. Недаром еще лет двадцать назад в СССР вовсю распевали песенку "И на Марсе будут яблони цвести". Любопытно, что примерно в то же самое время, когда мы надеялись в скором времени вкусить райского марсианского плода, Стенли Кубрик создает мрачнейшую "Космическую Одиссею 2001 года". Где главный герой, астронавт, добравшись наконец до вожделенной планеты, видит там отнюдь не мичуринские сады. А видит он там самого себя. Будто бы само Время (или Творец, это как вам угодно), сыграв злую шутку с амбициозным человечеством, демонстрирует тщету его усилий: мол, от себя не уйдешь. Как в "Марсианских хрониках" Брэдбери, которые, собственно, и навеяли Кубрику его эсхатологическую эпопею. У Тарковского, стоявшего особняком от магистрального направления оптимистического советского искусства, мыслящий океан в "Солярисе" тоже бумерангом возвращает Крису его грехи и страдания.

Но, как вы догадываетесь, не Тарковский был героем и иконой поколения. Героем был Гагарин: недаром почти полстолетия спустя, когда уже и империя на ладан дышит, его появление на экране в фильме Учителя вызвало бурный всплеск эмоций на фестивальном просмотре. Кричали, аплодировали, сливались в экстазе - как тогда, в далеком уже апреле 1961 года.

Неисправимые люди, чего там говорить. Только у русских мог появиться такой мечтатель, как Циолковский, и мечтатель другой, совершенно запредельный - его учитель и друг философ Федоров. Этот самый Федоров, как вы помните, вообще мечтал покорить Вселенную ради единственной цели - расселить на разных планетах всех воскресших покойников. Ибо на нашей земле-матушке им места явно бы не хватило. То есть то, что ужасало Брэдбери и Кубрика - вращение вечного колеса времени, череда повторений, - Федорову явно нравилось.

Впрочем, благодаря этому оптимизму мы, наверное, оказались первыми - если и не на Луне, как утверждает Федорченко, то в космосе уж точно.

Диляра Тасбулатова

ЗАМЕЧЕНО "ИТОГАМИ"

Всех на продажу!

В день открытия Московского международного салона изящных искусств у стен Манежа образовалась стихийная парковка в несколько рядов, с которой доблестные гаишники сделать ничего не смогли. За место на стоянке девушки модельной внешности дрались сумками Louis Vuitton и грозились разбить лобовое стекло более удачливым соперницам. В общем, обстановка вполне соответствовала крупному светскому мероприятию, каковым данный салон и оказался: посмотреть на подлинники Шагала и Матисса съехался чуть ли не весь бомонд.

Салон изящных искусств в Манеже - это нечто среднее между антикварным салоном и ярмаркой современного искусства в ЦДХ, только на несколько порядков выше уровнем. Произведения здесь встречаются самого разного возраста - от греческих фибул и золотой погребальной маски с Черноморского побережья до полотен Гриши Брускина и фотографий Ильи Пиганова. Сюда стоит прийти просто "посмотреть". Такого количества качественной западноевропейской живописи и скульптуры известных мастеров нет даже в святая святых - Пушкинском музее.

Изобилие выставленных на продажу шедевров поражает воображение. Мозг человека, выросшего в стране, где произведения искусства в основной своей массе - собственность государства, просто не способен смириться с тем, что все эти Рубенсы, Матиссы, Лукасы Кранахи-старшие и даже Питеры Брейгели-младшие могут находиться в свободной продаже, висеть на стенах, никак не защищенные ни стеклом, ни старушками-служительницами, и с этих стен перекочевывать в частные гостиные. В результате таких культурных потрясений мозг перестраивается и начинает оперировать совершенно другими масштабами. Цены, выставляемые галеристами, кажутся ничтожными (особенно после ознакомления со сводками "Кристи" и "Сотби"), покупка Шишкиных и Айвазовских - несусветной глупостью, а возможность приобрести себе собственного Шагала - более чем реальной. Правда, дабы еще более снизить цены, хитрые европейские галеристы заманивают покупателей в Париж, Берлин, Лондон и Цюрих, заявляя, что без российских таможенных накруток тот же Брейгель выйдет чуть ли не на четверть дешевле.

Отдельного внимания заслуживает выставка драгоценностей. Крупнейшие ювелирные дома мира, в списках клиентов которых вся знать Европы и Америки, представляют лучшее, что создали их мастера. Проект этот является некоммерческим, хотя назвать его таковым можно лишь с большой натяжкой - яснее ясного, что все представленные здесь фирмы имеют вполне "коммерческие экспозиции" в магазинах города, куда и отправляются вдохновленные посетители салона. Однако посмотреть на подлинные украшения, которые надевали французские императрицы и их фрейлины, тоже стоит - в бутиках такого не показывают.

Н. Ф.

КАК ПОЖИВАЕТЕ?

Иван Ургант, актер, телеведущий:

- Я тут недавно посмотрел новый фильм живого классика американского кино Сидни Поллока "Переводчица". Картина оставила ну очень странное впечатление - не сказать чтобы приятное. Зато меня поразил актер Шон Пенн. В разные моменты фильма он напоминал то Роберта Де Ниро, то Аль Пачино, то Дастина Хоффмана. Как будто троица этих голливудских мэтров зачала ребенка от одной женщины. При этом, я говорю не только о внешнем сходстве, но и об актерском мастерстве этих товарищей, "унаследованном" Пенном.

Прочел еще книгу Булата Окуджавы "Похождения Шипова, или Старинный водевиль" - удивительное произведение. Она написана таким славным русским языком, что воспринимается как классика. Автор очень любит своих героев - иным писателям нужно поучиться такой привязанности к своим персонажам. Кстати, вся серия книг Окуджавы очень здорово оформлена: красочно, ярко, не пошло и, главное... с картинками - люблю я книжки с картинками.

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Яндекс цитирования

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера