Архив   Авторы  

Homo economicus
Искусство

Бум бизнес-романа достиг России, но без национальных особенностей не обошлось

Западный интеллектуал в отличие от многострадального русского интеллигента не был морально уязвлен Госпланом. И потому долго не считал возможным боготворить денежные знаки и петь осанну экономической "борьбе всех против всех". Но и самое немыслимое когда-нибудь случается. В 90е мир стал другим, и бизнес добился изрядных преференций у словесности - уже не только как издательская индустрия, но и как зеркало вечных вопросов. Романы в жанре business novel, посвященные корпоративному строительству, адвокатской казуистике и просто манимейкерству (деланию денег), стали множиться в геометрической прогрессии. Типичное начало такого романа: молодой и подающий надежды адвокат (пиарщик, менеджер, финансист) получает престижное место в солидной корпорации, но его поджидает клубок проблем - порой криминальных, - которые он берется распутать.

До нас этот бум по ряду причин докатился с некоторым опозданием. Это произошло года полтора назад, когда издательство "Вершина" не побоялось запустить в оборот серию бизнес-романов на русском материале, сопроводив начинание, как водится, тематическим "застольем". Среди них выделялись "Главбух под подпиской о невыезде" Александра Медведева (о махинациях с заводской кассой) и "Охотники за головами. Начало" Алексея Боярского (об охоте за специалистами). "Эксмо" - второй лидер этого направления - до поры до времени отвечало в основном изданием и переизданием книг Юлии Латыниной ("Только голуби летают бесплатно", "Охота на изюбря" и много чего еще), известных у критиков как "экономические триллеры". И вот теперь книжный гигант нанес ответный удар конкурентам, предложив читателю "Рейдера" за авторством популярного адвоката Павла Астахова. Роман о технологиях рейдерских захватов и противодействия им внес новую интригу в конкуренцию двух издательств, которая и сама могла бы послужить достойным литературным сюжетом.

Вот что любопытно: чем больше бизнес-романов выходит в наших краях, тем более очевидно становится, что мы имеем дело с двумя разными, хотя и похожими по внешним признакам разновидностями жанра - западной и российской. Но обо всем по порядку.

Теория племен

В чем секрет обаяния этого чтива - про денежные потоки и архитекторов корпоративных империй? В том, что оно делает недоступное доступным. Кухарке, выросшей на "мыле", лестно получить возможность взглянуть на мир глазами банкира и познать таинственную, как мир Жака Ива Кусто, реальность pax economica. Авторы и рады стараться - тем более что в их распоряжении целый репертуар приемов "погружения" читателя в незнакомый мир. Разработаны они прежде всего Артуром Хейли, автором бестселлеров "Колеса", "Отель" и "Аэропорт" - шедевров американского "производственного романа". Пусть эти бестселлеры рисуют не жизнь корпорации, а жизнь профессионального клана. Однако технология описания весьма похожа. Замкнутый техногенный мир со своими законами, где скрещиваются интересные судьбы и поденные промыслы. Читателя погружают в него через продуманность деталей и знание групповой психологии.

Таковы "Фирма" Джона Гришэма, которой зачитываются менеджеры и кухарки. "Роман об управлении проектами" Тома Де Марко и "Цель: процесс непрерывного совершенствования" Элияху Голдрата. И наконец, главная гордость издателей, поставивших на модный жанр, - опус Рэя Иммельмана "Boss: бесподобный или бесполезный". Здесь технология бизнеса показана настолько реалистично, что может служить пособием для начинающих.

И все же реализм западного (именно западного, а не романтично-дидактичного советского) производственного романа, примененный в новом жанре к сфере бизнеса, - не главное. Пора произнести заветное. Под видом производственно-экономических коллизий некоторые авторы business novel научились ставить и решать вопросы, интересовавшие классиков ХХ века - скажем, Голдинга, Фицджералда, Кена Кизи. Например, о человеке и его окружении.

О чем иммельмановский "Босс"? Белый воротничок Грэг Райт назначен директором "продвинутого" завода. Но работа не ладится - причина в том, что между сотрудниками слишком много лишних трений и междоусобиц. Но на сцену выходит некто Батч Джонсон - отставной подполковник ВДВ, ни в грош не ставящий азбуку менеджмента - всякие там "сигма шесть" и прочие методы. Для Джонсона коллектив подобен первобытному племени. И он устанавливает соответствующие законы: принципы лидерства, систему "свой - чужой", символы, язык, ритуалы. "Мы одной крови - я и босс..." Вот такой архитектор корпоративной вселенной. И уж совсем запредельный момент: гуру Джонсон в качестве удачных "племенных" вождей называет своему ученику... Сталина и Гитлера. Сравним этот пассаж с риторикой героя Сергея Минаева ("Media Sapiens"), который ставит в пример бойцам пиар-фронта "непревзойденного" Геббельса, и сделаем выводы. "Босс" - это еще и философский роман с готовой социальной теорией внутри. Конечно, в свете современной философской критики идеологических притязаний науки (линия Фуко, Дерриды и отчасти Фейерабенда) любая научная теория - всего лишь разветвленная метафора. Поэтому бравый Батч Джонсон мог бы использовать для изучения феномена лидерства и корпоративного патриотизма что-нибудь другое - например, популярнейшую теорию элит Вильфредо Парето. Но он предпочел отослать читателя к жизни первобытного общества.

Аналогия оказалась уж очень удачной. Племенная метафора прилипает к своему объекту намертво. Так же, как культ "повелителя мух" в одноименном романе Голдинга. Да и метафора ли это вообще? Ведь корпорация - такой же Левиафан, как и государство по Гоббсу. Вроде бы главное для нее - прибыль и процветание. А если копнуть глубже? Поглощение других игроков рынка. Как мифологическое чудовище поглощает других обитателей ойкумены. Предельная архаика. Что там говорил Николай Бердяев о "Новом средневековье"? Какое еще Средневековье? Новый каменный век.

В общем, Иммельман дотянулся до весьма серьезных вещей. Бизнес-роман в его исполнении выходит далеко за жанровые рамки и приближается к роману социально-критическому.

Русская версия

Первопроходцем русской версии жанра следует, пожалуй, считать Юлию Латынину с ее экономическими триллерами. Латынинская остросюжетная и гладко написанная проза на стыке детектива и экономических расследований легко читается и весьма близка к business novel. Но, пожалуй, хитом номер один в последнее время все-таки был медведевский "Главбух". Расклад у Медведева следующий. Завод на гране банкротства. Некая фирма по дешевке выкупает его оборудование, а затем на кабальных условиях сдает заводу в аренду. Прибыль от производства под видом платы за аренду перетекает в карманы сторонних коммерсантов. Это мягкая форма рейдерского захвата, когда собственника не меняют, но распоряжаться заводом он не может.

Автор, к слову, консультант по налогам и сборам, так что написано со знанием дела, как если бы танкист описал внутренности танковой башни. В общем, вполне себе производственный роман. В конце концов, в родном отечестве таковые писывали аж с 20х годов. Валентин Катаев (хрестоматийное "Время, вперед!"), Илья Эренбург, Мариэтта Шагинян, Леонид Леонов, мастер производственной пьесы Александр Гельман отметились в этом типе словесности. Пафос жанра и система героев вряд ли требуют подробного упоминания. Все равно лучше Твардовского не скажешь: "Показан метод новой кладки, / Отсталый зам, растущий пред / И в коммунизм идущий дед". В общем, было с чего начинать. Теперь вместо стахановских рекордов на первый план вышли уровень капитализации и проблема контроля за финансовыми потоками. Однако нетипичный герой, новатор и передовик, остался. Правда, он словно бы поменял знак, поднабрался отрицательного обаяния - и ради своих интересов готов "нагнуть" кого угодно.

Но вот что любопытно. В СССР эстетика производства была развита сильнее, чем на Западе (чего не сказать о самом производстве). Однако сегодня западные образцы жанра содержат куда больше производственных мотивов, нежели их русские аналоги. Если, например, Грэг Райт со своим наставником создают процветающую компанию, то в русском бизнес-романе речь чаще всего идет о ее захвате или банкротстве.

Скажем, у Латыниной ("Только голуби летают бесплатно") фирма с Антильских островов заключает с авиакомпанией липовую сделку на поставки керосина, деньги уходят в офшор - и один из партнеров возбуждает против другого дело в связи с уходом от налогов. А вот чему посвящена только что вышедшая книга адвоката Павла Астахова "Рейдер", видно из самого названия. Чего стоит лишь одна фраза: "в регионах... все еще активно стреляли, а вот умело "поглощать" так и не научились". Так вот куда стремится эволюция дикого капитализма!

Да, если верить "деловым романистам", бизнес в России именно таков. Мрачно-безнадежный, творимый с тяжким, звероподобным рвением: "после нас хоть потоп". Если тщательно проанализировать всю линейку русских бизнес-романов, можно сделать вот какие любопытные выводы. Как ни странно, Россия - самая рыночная страна на свете. Можно сказать, страна рыночного фундаментализма. Бизнес здесь не профессия, а образ жизни. Им занимаются все. Предприниматели, бандиты, милиция, ФСБ, власти и даже бомжи. Нищие на церковной паперти - и те совершают "наезды" на конкурентов и платят маленький налог "крыше" - церковному старосте.

Любое серьезное "манимейкерство", если верить уважаемым авторам, у нас связано с криминалом. А потому будущему бизнесмену, если даже он учился в London School of Economics, приходится проходить азы "бизнеса по-русски" с самого начала. Его творят одиночки - ни о какой корпоративности нет и речи. По всем законам западной экономической науки прибыль извлекается из конечного продукта. Российский же предприниматель извлекает ее из уменьшения расходов (например, не отдает долги) и нецелевого использования средств.

Предупреждая возражения коллег, признаюсь: обозначение центральной темы западного business novel как "манимейкинга" было все же изрядным упрощением. А вот в России это действительно "делание денег" в чистом виде. Из чего угодно, даже из воздуха, и желательно в предельно сжатые сроки. При этом сам по себе "проект", "дело", да даже и пресловутая "корпорация", если верить авторам книг про "бизнес по-русски", не имеет почти никакой цены. Все дело в деньгах как таковых. Они - уже не эквивалент всего. Наоборот - все что угодно становится эквивалентом Денег. Экономическая Вселенная переворачивается с ног на голову. В общем, известная ветхозаветная история о "золотом тельце" и народе Израиля. В отличие от западных опусов, авторы которых рассказывают, как блюсти корпоративный патриотизм, и рисуют восстановление справедливости, наши авторы повествуют об обратном - как, воспользовавшись моментом, обанкротить предприятие, устранить соперника (порой физически) и вовремя состроить Закону глазки. Зато бизнес наш пропитан неискоренимым духом романтики, смерти и ностальгии. Не случайно же образ "черного бумера" безвозвратно врос в русский фольклор, как Емелина печка или ступа с Бабой-ягой. И то сказать: не та же ли это печка?

Какая уж тут теория племен! Каждый сам по себе. Зато не скучно.

Евгений Белжеларский

НИЖЕПОДПИСАВШИЙСЯ

Александр Гельман , драматург и публицист, мастер производственной драмы, фильмы по его пьесам "Премия" и "Мы, нижеподписавшиеся..." имели большой общественный резонанс:

- В советское время на производстве были довольно простые отношения. Госсобственность мешала деловой инициативе. Существовала уравниловка, заработать больше соседа было сложно, поэтому трудились без особого интереса. Тут были и свои плюсы: относительное равенство, например, сдерживало уличную преступность. Эту ситуацию запрещалось критиковать: объективно вредное считалось благом. Поэтому и литературные конфликты были простыми: с одной стороны, передовики, новаторы, с другой - ретрограды. Сегодня бизнес-романы занимаются причудливыми возможностями зарабатывать деньги и карьерами бизнесменов. Однако не все, что есть в экономической и бизнес-реальности, попадает на страницы книг. Прежде всего не говорят о новых классовых отношениях. Много еще болтовни о единстве народа, все это совмещается с разговорами о гражданственности, хотя нормальное общество - это общество, в котором все социальные слои осознают свои интересы и борются за них. С одной стороны, вроде бы почти нет забастовок и бунтов, но постепенно люди начинают понимать, почему одним плохо, а другим хорошо, начинают понимать механизмы распределения прибыли. Уверен, что через 5-7 лет появятся новые лидеры - лидеры забастовок и акций протеста, лидеры профсоюзов. Все это попадет в литературу. И хотя в литературе социальная критика и производственный роман существовали отдельно, я думаю, что в будущем эти жанры, скорее всего, сблизятся.

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Яндекс цитирования

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера