Архив   Авторы  
Возведение инновационного центра рядом с бизнес-школой "Сколково" начнется, скорее всего, уже в будущем году

Территория свободы
Дело

Что привлечет инноваторов в Сколкове: налоговые льготы или свобода от бюрократии?




 

Проект «Сколково» все больше напоминает разгоняющийся «Сапсан». Едва в Госдуме прошли парламентские слушания по законодательному обеспечению строительства иннограда, как внесенный президентом законопроект о создании «Сколково» без запинки прошел первое чтение. Ожидается, что уже в сентябре состоится второе. Предполагается, что к этому моменту в проект будет внесена поправка, согласно которой льготный режим для инновационных компаний заработает раньше, чем завершится строительство «силиконовой долины». Станет ли Сколково налоговым раем? Кто окажется в числе его резидентов? Какой отдачи стоит ожидать от проекта? На эти вопросы «Итогов» ответили известные российские политологи Владислав Иноземцев, Дмитрий Орлов и Михаил Ремизов.

— Достаточны ли налоговые льготы, предусмотренные в законопроекте о Сколкове, для привлечения туда инновационного бизнеса?

Владислав Иноземцев: Я бы не переоценивал важность льгот. Сегодня ставка в 14 процентов страховых взносов с фонда оплаты труда не уникальна. В технико-внедренческих зонах, которые начали создаваться года четыре назад, она установлена на том же уровне. И никакого результата нет. Уверен: бизнес, в том числе и инновационный, в России страдает не столько от налогов, сколько от бюрократического произвола и массы формальных ограничений. Сколковский проект интересен в первую очередь не из-за статуса «налогового рая», а из-за обещаний властей сделать его территорией, свободной от бюрократии. Кроме того, важно уменьшить издержки для бизнеса. Например, средняя ставка аренды офисов и лабораторий в Берлине составляет около 200 евро за квадратный метр в год, в Эстонии и Латвии — меньше 60 евро. В Москве — около 500. Будут ли в Сколкове европейские (то есть нормальные) ставки аренды? Это важнее любых налоговых льгот.

Дмитрий Орлов: Потенциальный выигрыш бизнеса от льгот очевиден. Но и логику Минфина можно понять: закрытые административно-территориальные образования в 90-е быстро превратились во внутренние офшоры. Потребовалось немало усилий, чтобы их ликвидировать. Однако «Сколково» — не ЗАТО, это реальный проект развития. По этому поводу, по-моему, в правящей элите достигнут консенсус. Кроме того, для будущих резидентов Сколкова предусмотрены особая отчетность и особый контроль. Иначе у нас половина бизнеса провозгласит себя инновационным и зарегистрируется там. С понятными последствиями для федерального бюджета.

Михаил Ремизов: Главная дискуссия идет не по поводу самих льгот, а о том, кому они будут доступны. То есть по поводу статуса участника проекта. И здесь есть несколько проблем. Например, смогут ли компании, попадающие в «тематику» Сколкова, пользоваться льготным налоговым и таможенным режимом еще до возведения города? Получат ли компании, ведущие профильную деятельность в других регионах, регистрацию в Сколкове вместе с пакетом льгот? Другая проблема — соотношение научных разработок с производством. Судя по сделанным в законопроекте оговоркам, речь идет только о льготах компаниям — разработчикам новых технологий, но не тем, кто осуществляет их внедрение и выводит продукцию на рынок. Понятно, что успешные стартапы, как правило, заканчиваются тем, что созданную технологию или саму фирму покупает крупная корпорация. Но если не предпринять специальных усилий, то это будут лишь зарубежные корпорации. То есть основную ренту от сколковских инноваций извлекут за рубежом, а не в России.

— Какой отдачи вы ждете от сколковского проекта и как скоро она появится?

В. И.: Я считаю, что государство должно получать доход от проекта из двух источников: во-первых, от арендной платы (и здесь минимальный срок окупаемости, если не строить рестораны, бутики и ночные клубы, — около 15 лет) и, во-вторых, от участия в качестве соинвестора в осуществляемых в зоне научных проектах. В обмен на любое финансирование исследований власти должны получать миноритарную долю в компании-инноваторе. В дальнейшем эта доля может приносить дивиденды или быть продана в ходе IPO или после него, принеся существенный доход. Эти инвестиции, на мой взгляд, могут окупиться за 3—8 лет.

Д. О.: Первые проекты, которые запускаются сегодня, должны окупиться через 5—7 лет и начать приносить прибыль. Думаю, отдача будет, и немалая.

М. Р.: Доля инновационной продукции в отечественной экономике, по данным Центра исследований и статистики науки, не достигает и одного процента, тогда как даже в тех странах, которые числятся в группе европейских отстающих, она колеблется от 10 до 20 процентов. В свое время мы уже «догоняли Португалию» (по ВВП на душу населения). Это, конечно, не слишком амбициозно. Но если бы удалось добиться схожих показателей по доле инновационной продукции, это был бы большой сдвиг для структуры экономики. Будем считать это программой-минимум. А программа-максимум — добиться широкого применения нескольких прорывных технологий, способных создать новые рынки и новые отрасли экономики.

— По словам президента фонда «Сколково» Виктора Вексельберга, в ближайшие три года на реализацию проекта потребуется порядка 50—60 миллиардов рублей. Такая сумма реальна?

В. И.: Следовало бы начать с того, чтобы доверить стройку иностранному инвестору, опытному в сооружении лабораторных объектов и университетских кампусов. При этом надо изучить опыт строительства таких объектов, например, в Германии, Испании и Бразилии и ориентироваться на принятые в этих странах стоимостные параметры. Иначе этих 50—60 миллиардов рублей не хватит. Деньги у нас есть. Тратить мы их только с умом, к сожалению, не умеем. Так вот, Сколково могло бы доказать, что положение в этой области меняется.

Д. О.: Сумма, конечно, реальна. Владимир Путин, например, оценил в одну десятую федерального бюджета совокупные расходы на инновации в 2010 году. Это более триллиона рублей. При этом проект «Сколково» — особый, пилотный. Финансовые аппетиты его менеджеров вряд ли можно назвать чрезмерными.

М. Р.: Если в озвученную сумму включены затраты не только на инфраструктуру, но и на софинансирование исследований, то сумма выглядит более или менее адекватно.

— Создается впечатление, что проект ориентирован прежде всего на западных инноваторов. Так ли это?

В. И.: Я бы не стал высказываться столь категорично. Проект нацелен на выращивание своих специалистов с участием западных. Сколково должно развиваться по китайской модели. Только это не индустриальный проект, а инновационный. Что сделали китайцы? Они привлекали инвесторов, те строили предприятия, а китайцы учились, перенимали технологии и готовили свои кадры. Мы тоже можем привлекать западников в Сколково, но прежде всего для того, чтобы они указывали нам, что сейчас наиболее востребовано. Наши специалисты далеко не всегда знают, что находится на острие прогресса. Например, в последние десять лет много американских фирм, занимавшихся энергосбережением и новыми энергетическими технологиями, перерегистрировалось в Германии и Испании, так как там эти технологии более востребованы, а государство готово их частично финансировать. Вот такого рода небольшие компании нужно перетягивать и нам — с ними можно открывать новые горизонты, тогда как гигантские корпорации типа Intel и Nokia отдадут нам на аутсорсинг второстепенные производственные функции, и не более того.

Д. О.: Не думаю, что «прописка» той или иной компании важна для инициаторов проекта. Важно, что эта компания будет работать в России, вкладывать здесь деньги, создавать технологии и новые рабочие места. Не думаю также, что существует какая-то дискриминация российских фирм.

М. Р.: Главное не то, откуда придут компании, а качество проектов. Возможно, стоит опасаться некоторого «мелкотемья» — корпоративные заказчики исследований будут интересоваться отладкой деталей для существующих отраслей, а не качественно новыми возможностями. По-настоящему масштабного научно-технического заказа можно ждать, наверное, только от государства. Кстати, именно на таких стратегических госзаказах во многом и была сделана история успеха американской Кремниевой долины.

— Нет ли опасения, что поштучный отбор сколковских инноваторов будет делом малопрозрачным и коррупционным, поскольку из желающих работать в Сколкове может выстроиться очередь — кто ж откажется от фискальных льгот?

В. И.: Он таким наверняка и станет, если будет поштучным. Именно поэтому я выступаю за то, чтобы курс был взят на привлечение сотен небольших компаний. Кроме того, отбор должен проводиться на совершенно объективных условиях специальной комиссией, которая бы состояла из россиян не более чем на четверть и располагалась бы за пределами Российской Федерации. Что касается очереди, то я бы запретил участие в проекте структур, являющихся дочерними, подконтрольными или ассоциированными с крупными российскими компаниями.

Д. О.: Петр I сформулировал замечательное правило кадровой политики: знатность по годности считать. Нужны «годные» инноваторы. Сейчас идет их интенсивный поиск. Дело это небыстрое, а начальство торопит. В этом-то и проблема. Очевидно, что за льготами придут толпы. Поэтому поначалу понадобится несколько «фильтров»: от комиссий, куда вошли бы серьезные специалисты, до проверок спецслужб — для отсеивания тех, кто понимает инновации как радикальную минимизацию налогов.

М. Р.: Для того чтобы избежать такого исхода, надо Консультативному научному совету фонда «Сколково» придать самостоятельный правовой статус при президентской комиссии по модернизации. Потому что в конечном счете именно авторитет участников этого совета является главным фактором доверия к содержательной части проекта.

— Недавние огромные пробки на Ленинградском шоссе чуть было не привели к транспортному коллапсу в Москве и области. Не помешает ли инфраструктура столичного региона развитию иннограда?

В. И.: Если будущие резиденты Сколкова действительно собрались заниматься делом, то они не будут каждый день ездить на совещания в Кремль, принимать участие в министерских заседаниях или тусить на московских вечеринках.

Д. О.: Сколково надо «расшивать» — строить вокруг него нормальные дороги с альтернативными маршрутами. Что здесь еще сделаешь? Кстати, авторы проекта, насколько я понимаю, это в полной мере осознают. Так, я слышал от Виктора Вексельберга, что реализация проекта начнется именно с создания транспортных развязок.

М. Р.: Транспортная проблема характерна для всей московской агломерации. При этом очень не хотелось бы, чтобы в сколковскую смету оказалось включено еще и строительство, например, своего международного аэропорта.

— Насколько проект «Сколково» подвержен политической конъюнктуре?

В. И.: На все 100 процентов. Государство даже не столько соинвестор, сколько единственный «толкач» этого проекта. Более того, его главным идеологом выступает лично Дмитрий Анатольевич Медведев. И судьба Сколкова полностью и без остатка связана с его дальнейшей карьерой.

Д. О.: При развитии иннограда по оптимистическому сценарию такая зависимость с каждым годом будет все меньше и меньше. Это напрямую зависит от конкретных бизнес-проектов. Если они в большинстве своем окажутся удачными, то никакой сверхопеки Сколкову не потребуется уже через 10—15 лет.

М. Р.: Специфика проекта заключена в том, что обезличенная ответственность государства дополнена личной политической ответственностью президента, который сделал на успех Сколкова серьезную ставку. Конечно, это повышает политические риски для президента, но вместе с ними — и вероятность успеха для Сколкова.

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Популярное в рубрике
Яндекс цитирования

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера