Архив   Авторы  

Зона разлета
Политика и экономикаГлавная тема

Достигнут ли осколки бомбы, взорванной в Домодедово, северокавказских рубежей?

 

«Все, что не убивает нас, делает нас сильнее». Сентенция явно не из тех, что можно отнести к случившемуся 24 января в Домодедово — крупнейшем аэропорту страны. Еще как убивает! В одном только столичном регионе от рук террористов за последнее десятилетие погибло около 600 человек. Ну а сила, если и проявляется, то в основном в знаниях — контртеррористической теории. С каждым взрывом возникают все более совершенные указы, законы, программы, все новые бюрократические структуры — вот и на этот раз президент поручил создать федеральный орган, ответственный за безопасность на транспорте. Но по жизни выходит так: либо с теорией что-то не задалось, либо пришла пора призвать к ответу практиков. А скорее всего, верно и то, и другое. И первым пунктом программы по преодолению кризиса идей и кадров должен стать жесточайший контроль за расходованием средств, выделяемых северокавказским республикам. Льющийся здесь сегодня «золотой дождь» не только расточителен, но и опасен. Как всякий пир во время войны.

Тряхнуть кадрами

Президент освободил от должности начальника управления на транспорте МВД по Центральному федеральному округу и распорядился «тряхнуть всю транспортную милицию». Глава МВД отставил начальника линейного управления внутренних дел в аэропорту Домодедово и двух его замов. В свою очередь министр транспорта Игорь Левитин уволил четырех подчиненных ему чиновников и «приговорил» к отставке главу Ространснадзора. Оргвыводы при всей их логичности никак нельзя назвать стандартными. Скажем, после мартовских взрывов в московской подземке ответственности не понес ни один начальник — ни в погонах, ни в штатском. У нас вообще крайне редко наказывают по таким поводам. Да что там! Иной раз даже повышают. Так, например, бывший начальник УФСБ по Северной Осетии генерал-майор Валерий Андреев после трагедии в Беслане стал генерал-лейтенантом и был переведен в Москву.

Налицо новые веяния. Однако радоваться ветру перемен вряд ли стоит. Не тот это случай, когда административные решения могут стать поводом для торжества. Какими бы жесткими и адекватными они ни были, погибших людей уже не вернешь. И даже обещания, что все будет сделано «так, чтобы подобного рода трагедии не повторялись», успокаивают мало. Сколько раз уже мы слышали подобные слова... И пока нет никаких признаков того, что домодедовская серия бесконечного фильма ужасов окажется последней.

Возьмем тот же кадровый вопрос. Да, на этот раз громы и молнии поразили не только стрелочников. Но уж очень узок этот сектор «обстрела»: под раздачу попали исключительно начальники «транспортного цеха». Но ведь и самые обычные городские площади и улицы, не говоря уже о школах, торговых центрах, местах проведения зрелищных мероприятий, не менее привлекательны для террориста. А помимо городов есть и сельская местность. Труженики полей имеют ничуть не меньшее право на защиту, а у террористов нет четкого расписания, которое позволяло бы исключить хоть что-то из перечня опасных объектов. К сожалению, опасно абсолютно везде!

Естественно, круговая оборона всего и вся нелепа и невозможна. Надо к тому же учитывать, что рамка металлоискателя сама по себе не способна остановить террориста: этот «рубеж» надо еще кому-то защищать. Но идея, тем не менее, жива. Правда, поскольку «живые бомбы» редко падают в одну и ту же воронку, каждый раз предлагается огораживать что-то новое. То метро, то дальние подступы к аэропортам, то даже всю Москву — путем ужесточения прописки.

Впрочем, мысль эта не так уж абсурдна, как может показаться. Вот только проверять и ловить террориста надо не на входе куда бы то ни было, а на выходе — из места, так сказать, его постоянной дислокации. Тогда и рамок потребуется не так уж много. Ровно столько, сколько транспортных магистралей — в виде железнодорожного полотна, автодорог, проселков и утоптанных троп — пересекают границы тех регионов страны, в которых сегодня идет война.

Именно война! Даже официальные сводки с театра контртеррористических действий — по признанию самих чиновников, очень часто приглаженные — говорят о том, что это слово отнюдь не яркая гипербола. Не проходит ни одного дня без терактов, диверсий, обстрелов, подрывов, убийств из-за угла представителей органов власти. Счет боевым потерям идет на тысячи.

Логика военного времени

В 2009 году, по данным генпрокурора Юрия Чайки, на Северном Кавказе от рук членов незаконных вооруженных формирований погибло 1263 военнослужащих, сотрудников правоохранительных органов и гражданских лиц, что на треть больше, чем годом ранее. При этом реальные цифры, похоже, еще выше: по признанию Чайки, «прокуроры выявляют массовые факты фальсификаций процессуальных документов, грубейшие случаи искажения статистической отчетности». Спустя год, как свидетельствуют в один голос все правоохранительные источники, террористическое подполье еще более активизировалось: количество терактов выросло в разы. Впрочем, чтобы убедиться в этом, не обязательно рыться в статистике или посещать Кавказ. Теперь все прекрасно видно непосредственно в столице. Невооруженным глазом.

Пусть у террористов нет национальности, но место жительства у них точно имеется. А в адресной книге российского терроризма — практически сплошь северокавказские топонимы. Ничего личного или, упаси бог, ксенофобского. Просто если у властей не получается справиться с эпидемией, то надо, по крайней мере, изолировать очаг распространения болезни. Терроризм — штука заразная. Причем режим карантина ни в коей мере не исключает лечебных процедур внутри «здравницы». Напротив, речь идет о резкой интенсификации терапии.

Один из наиболее очевидных рецептов — жесткий контроль за расходованием средств, выделяемых федеральным центром. Ни для кого не секрет, что наряду с региональными бюджетами этот «золотой дождь» наполняет карманы местной знати — разнообразных товарищей сааховых и бизнесменов, связанных с чиновниками дружескими и тейповыми узами. Но это еще полбеды. Куда хуже то, что за счет федерального центра кормятся в значительной мере и террористы, которым платят за безопасность своих семей и имущества «хозяева жизни». Словом, пора заканчивать этот веселый всекавказский пир-распил и усаживать тостуемых на бескомпромиссную антикоррупционную диету. Которую, кстати, не помешало бы прописать заодно и федеральному центру, и всем остальным городам и весям: лечение должно быть комплексным.

Собственно, ничего особо нового и неожиданного в этих предложениях нет. Тема «Как нам обустроить Кавказ» взрывает поле общественной дискуссии после каждого громкого теракта, а недостатка в информационных поводах не случается. Самое время подвести итоги: что сделано? К сожалению, ничего из того, что бы указывало на изменение давно выбранной стратегии: заливание террористического пожара деньгами и одновременно — снятие последних барьеров, отделяющих неблагополучные территории от остальной России.

В 2009-м упразднен режим контртеррористической операции в Чечне. А в июне прошлого года президент поручил министру внутренних дел внести предложения «по упорядочению деятельности и оптимизации числа блокпостов МВД РФ на территории Северо-Кавказского федерального округа». О том, какие последовали предложения, неизвестно. Но, как утверждают очевидцы, в Ставропольском крае убраны посты милиции на границе с Чечней. Та же картина на границе Ставрополья с Дагестаном и Кабардино-Балкарией.

Для справки: поручение президента сформулировано по итогам заседания Совета при президенте по содействию развитию институтов гражданского общества, состоявшегося 19 мая прошлого года. Один из участников обсуждения, член Общественной палаты Максим Шевченко, обвинил постовых в том, что они лишь занимаются «сбором дани с населения». И президент, судя по всему, согласился. Однако следуя той же логике, надо убрать милиционеров из аэропортов и с железнодорожных вокзалов: они ведь тоже «в лучшем случае — трясут мигрантов». Но может, логичнее все-таки сделать так, чтобы «не трясли»?

Финансовая составляющая контртеррористической стратегии выглядит еще более интересно. Одна только программа создания в СКФО «горнолыжного кластера» — пяти зимних курортов пятизвездочного уровня — тянет на полтриллиона рублей. Правда, как утверждается, госбюджет возьмет на себя лишь 60 миллиардов — в виде госгарантий. Но что-то подсказывает, что на этом аттракцион невиданной щедрости не закончится. Что-то уж больно быстро Москва поднимает ставки, а иных столь же богатых и рисковых инвесторов на горизонте пока не видно.

Есть мнение, что принципиальные изменения сейчас в принципе невозможны: на носу выборы, и властному тандему противопоказаны резкие движения. Но если не изменить ситуацию, при которой теракты в столице России повторяются с регулярностью авиационных рейсов, ситуация рано или поздно сама начнет менять страну. Не исключая и ее политическую надстройку.

...В советские времена, помнится, был довольно популярен один нравоучительный мультик. Школьник-разгильдяй, упорствующий в нежелании корректировать допущенные в домашней работе промахи — да и в принципе учиться, — был отправлен в наказание в сказочное путешествие. В страну, где из-за не исправленных героем ошибок постоянно происходят разного рода бедствия и катастрофы. Мультфильм назывался «В стране невыученных уроков». Наша держава зовется, как известно, совсем по-другому. Но что-то общее между двумя странами, безусловно, есть.

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Популярное в рубрике
Яндекс цитирования

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера