Архив   Авторы  
Участники саммита Россия - ЕС в Ханты-Мансийске (слева направо): верховный представитель ЕС по внешней политике и безопасности Хавьер Солана, председательству-ющий в ЕС премьер Словении Янез Янша, Дмитрий Медведев и глава Еврокомиссии Жозе Мануэл Баррозу

Евроремонт
Политика и экономикаВ России

Новая Россия начинает диалог о партнерстве с новым Евросоюзом




 

Ханты-Мансийск встречал высоких гостей с достоинством и без суеты - фейерверков не устраивали, газонов не красили, ограничились высадкой 150 тысяч цветов и переводом названий улиц на английский. Отстроенная с иголочки и словно сошедшая со страниц архитектурного глянца нефтегазовая столица России, прозванная русским Дубаем, знает себе цену: хороша и без прикрас. Идея проведения 21-го саммита Россия - ЕС именно здесь прозрачна: сомнения Европы в надежности российского поставщика энергоносителей в таком антураже выглядят просто святотатством. Кстати, известны точная дата и место рождения этой инициативы: 24 октября 2007 года, российский борт є 1. Именно в этот день Владимир Путин, отправляясь на саммит Россия - ЕС в Португалию, позвонил губернатору Югры (историческое название Ханты-Мансийского автономного округа), испросив готовность принять высоких гостей из ЕС в нынешнем июне. Любопытно, что сам Путин в столице Югры не бывал, но накануне исторического звонка туда съездил Сергей Лавров - очевидно, именно его дорожные впечатления и легли в основу решения президента.

Понравился ли высоким гостям - председательствующему в ЕС премьеру Словении Янезу Янше, главе Еврокомиссии Жозе Мануэлу Баррозу и верховному представителю ЕС по внешней политике и безопасности Хавьеру Солане - Ханты-Мансийск и ужин, устроенный от имени президента Дмитрия Медведева, вопрос риторический (хозяин угощал коллег знаменитыми местными разносолами: от стерляжьей ушицы с расстегаями до пирогов с морошкой и брусникой). Во всяком случае на следующий день, выйдя по окончании саммита к прессе, представители Евросоюза выглядели вполне довольными. Особенно испанец Хавьер Солана: причина понятна. Впрочем, не футболом единым...

Партнерство-2

«Думаю, что это должен быть удачный саммит», - сказал Дмитрий Медведев в интервью «Рейтер» накануне отъезда в Ханты-Мансийск. И предчувствия президента не обманули: переговоры о новом базовом соглашении, призванном заменить ныне действующее Соглашение о партнерстве и сотрудничестве (СПС) между Россией и Евросоюзом, стартовали. К личной удаче российского лидера можно отнести и тот факт, что в кулуарах саммита много говорили о его «западном стиле» ведения переговоров, что в устах европейцев высшая похвала. Между тем вряд ли у кого-то остались сомнения в том, что Россия и при новом политическом раскладе будет отстаивать свои интересы не менее жестко, нежели при прежнем.

По самым оптимистичным прогнозам, работа над соглашением займет не меньше года. Как уточнил высокопоставленный источник в кремлевской администрации, сроки в большей степени зависят от европейских партнеров: «младоевропейцы» демонстрируют жесткость, руководствуясь не столько собственными экономическими выгодами, сколько внутриполитическими соображениями и стремлением повысить свой рейтинг в Евросоюзе. Да и проблема ратификации Лиссабонского соглашения - квазиконституции ЕС, - уже проваленной Ирландией, может изрядно затормозить дело. Москва же давно готова к плотному обсуждению назревших проблем. Еще во времена блокады российско-европейских переговоров со стороны Польши она предлагала обсудить их на рабочем уровне. Россию, говорят в Кремле, не пугают острые вопросы - на них есть что ответить, к тому же обсуждать горячие темы по-деловому, без лишней политизации Москва и Брюссель уже научились.

О формате будущего соглашения в общих чертах договорились еще на саммите в Сочи в мае 2006 года. Как уточнил помощник президента Сергей Приходько, документ видится сжатым, без чрезмерной детализации, но юридически обязывающим, политически весомым и ориентированным на будущее. Он должен носить рамочный характер, пополняясь соглашениями в различных областях сотрудничества. Но, как отмечают источники в Кремле, полного единодушия в этом вопросе не наблюдается: европейцы в отличие от россиян все же хотят максимально детализировать формулировки. А как известно, дьявол кроется именно в деталях.

Европейская сторона, по информации «Итогов», рассчитывает на косметический ремонт нынешнего договора, тогда как Россия будет добиваться капитального, и главные баталии предвидятся на энергетическом фронте. Энергетика, безусловно, остается стержнем отношений между Россией и ЕС, и их градус главным образом зависит от того, удастся ли найти баланс интересов между российскими поставщиками и европейскими потребителями энергоресурсов. Как рассказал «Итогам» эксперт германского совета по внешней политике Александр Рар, у ЕС четкие установки: в новом соглашении они хотят оставить как можно больше элементов старого, заключенного в то время, когда Россия еще была слабой и зависимой, но одновременно закрепить за ней статус жестко контролируемого поставщика энергоносителей в Европу. Допускать российские фирмы на европейские рынки в Брюсселе не склонны, но при этом стремятся выстроить такие отношения, чтобы перебоев с поставками, как в случае газового кризиса между Россией и Украиной, не случалось. Еврочиновники к тому же не оставляют намерений вновь поставить ребром вопрос об Энергетической хартии. Москва, напомним, практически одновременно с СПС подписала (но до сих пор не ратифицировала) этот документ, обеспечивающий западным компаниям практически неограниченный доступ к отечественным энергетическим кладовым. И теперь российская сторона склонна в общих чертах зафиксировать в базовом соглашении основные принципы сотрудничества, а вопрос о ратификации хартии похоронить.

Главная цель - устранение ограничений на пути российских инвестиций в экономику ЕС, в том числе в энергетический сектор. Москва, как известно, голосует за обмен активами между крупнейшими компаниями России и Европы. Но при этом, как подчеркнул в интервью «Итогам» глава международного комитета Госдумы Константин Косачев, Москва никогда не пойдет на то, чтобы допустить иностранцев на равных условиях к нашим скважинам: «Это красная черта, и здесь не будет компромисса, на который надеются европейские партнеры, зазывая нас в абсолютно свободные рыночные отношения».

Разворот над Атлантикой

На фоне практически забуксовавшего политического диалога между Москвой и Брюсселем торговля с Европой, напротив, развивается в последние полтора года бурно. По данным таможенной статистики, в 2007 году товарооборот составил 284 миллиардов долларов, из них экспорт из России - 195 миллиардов (79 процентов приходится на топливно-минеральное сырье, в том числе газ, нефть и продукты перегонки), а импорт - 87,1 (в основном промышленные товары и услуги). Только в январе - феврале 2008 года товарооборот уже вырос на 61 процент, составив 55 миллиардов долларов. При этом срок действия СПС, подписанного еще в июне 1994 года, истек уже полгода назад, но переговоры о новом упорно блокировали сначала Польша, затем Литва. Юридического вакуума, конечно, не было: СПС продлевалось в автоматическом режиме, несмотря на то, что многие его пункты безнадежно устарели. Россия, например, значится там страной с переходной экономикой со всеми вытекающими последствиями. А после ее вступления в ВТО две трети СПС и вовсе утратят смысл. Собственно, и Евросоюза, подписавшего этот документ де-факто, уже нет: он до неузнаваемости «пополнел», да и Россия давно перешла в иную весовую категорию на мировой арене.

Россия не раз пыталась совершить прорыв в политических отношениях с ЕС. Серьезным шагом стало подписание в 2005 году соглашения о строительстве Северо-Европейского газопровода (Nord Stream). Владимир Путин тогда совершил череду визитов в европейские столицы, объясняя европейцам, что интеграция в его понимании - это «обмен активами», но Брюссель этим предложениям не внял. При этом со многими странами ЕС, в том числе такими влиятельными, как Германия, Италия и Франция, отношения складывались вполне благополучно, укрепляясь за счет личной дружбы лидеров.

Проблем же и конфликтных ситуаций с Евросоюзом накопилось немало: от размещения американских ПРО в Европе и продвижения НАТО на Восток до политики в отношении стран - общих соседей на постсоветском пространстве.

Главная причина политического застоя очевидна: новый Брюссель хочет говорить с Москвой на одном языке, но пока и сам не решил на каком. Москва, конечно, предпочла бы немецкий, но в принципе готова говорить на любом, но внятном. Между тем, по мнению Александра Рара, все дело в том, что Европа пока отказывается видеть новую, сильную Россию, предпочитая рассматривать ее как страну, где все рухнет, лишь только цены на нефть упадут. В противном случае, считает Рар, ЕС придется признать собственное фиаско - тот факт, что энергозависимость от России будет расти и что либеральная модель европейской экономики, казалось бы, одержавшая победу в холодной войне, не прочна.

По мнению же президента Фонда эффективной политики Глеба Павловского, проблема еще и в том, что наша внешняя политика «сдвинута» в сторону отношений с США. Россия в последние годы в каком-то смысле потеряла Европу из виду, а ее внешняя политика на этом направлении просела. Пора возвращаться в Брюссель, считает политолог. Евросоюз для России важнее Америки не только в экономическом смысле, но и исторически, культурно и политически.

Чуткий кремлевский барометр и на сей раз уловил направление ветра. Во всяком случае, Дмитрий Медведев в интервью «Рейтер» особо подчеркнул, что Россия «является крупным европейским государством, которое осознает и определяет себя как часть Европы». Так что, похоже, новый маневр над Атлантикой уже не за горами.

Ханты-Мансийск

Позиция

Все у нас получится

Глава представительства Еврокомиссии в РФ Марк Франко рассказал «Итогам» о том, чего ждут в Европе от диалога Россия - ЕС.

- Г-н Франко, какие надежды в ЕС возлагают на саммит в Ханты-Мансийске?

- Конечно же, ожидают начала работы с Дмитрием Медведевым, и мы надеемся, что она пойдет конструктивно. Мы планируем подвести итоги наших многочисленных переговоров в сфере внешних связей, безопасности, правосудия, а также исследований и науки. Кроме того, мы рассчитываем начать переговоры по новому соглашению, призванному заменить Соглашение о партнерстве и сотрудничестве.

- Какие проблемы предстоит решить перед подписанием нового СПС?

- Первый блок связан с торговлей, экономикой и инвестициями. Россия, как ожидается, вскоре станет членом ВТО, и мы рассматриваем возможность подписания соглашения о зоне свободной торговли. Речь не только о торговле товарами и услугами, но и о создании условий для роста инвестиций и гармонизации нормативных баз. Второй круг проблем связан со сферой безопасности, правосудия и свободы. Это сотрудничество между правоохранительными и судебными органами в сфере антитеррора и предотвращения нелегальной миграции, а также по визовым вопросам. Третий слой проблем - самый чувствительный: это вопросы внешней безопасности, в частности взаимоотношения между Россией и ЕС на территории «общего соседства». Я имею в виду замороженные конфликты в Приднестровье, Абхазии, Южной Осетии и Нагорном Карабахе. Мы конструктивно работаем по вопросам, связанным с внешней безопасностью на Ближнем Востоке, в Иране, Ираке, Северной Корее, но по территориям, непосредственно примыкающим к России и к ЕС, у нас имеются разногласия. И в рамках нового соглашения должен быть прописан механизм прихода к общему знаменателю. Четвертый блок вопросов связан с образованием, наукой и культурой. Здесь налицо изрядный прогресс: Россия присоединилась к Болонскому процессу, растет число стипендий Евросоюза российским студентам, развивается научное сотрудничество.

- Возможен ли конструктивный разговор в ситуации, когда внутри самого ЕС нет единой позиции по России?

- Конечно, сам факт того, что нам потребовалось столько времени на получение мандата на начало переговоров по новому соглашению, свидетельствует о том, что отдельные страны, такие как Польша и Литва, имеют свое мнение на сей счет. Задача ЕС - постараться все эти мнения увязать.

- Последнее время политические отношения между Россией и ЕС в принципе заметно отстали от экономических. В чем причина?

- Да, экономические отношения между Россией и ЕС развивались чрезвычайно активно. И мы верим, что и в политической сфере мы найдем точки соприкосновения по пока разделяющим нас вопросам и при новом президенте сможем вести по ним конструктивный диалог. Замечу лишь, что и здесь все же были хорошие новости. Мы провели переговоры на уровне экспертов по нормам в сфере промышленности, правилам госзакупок, визовым вопросам, шли регулярные диалоги по вопросам замороженных конфликтов. Но при этом действительно наблюдалось ужесточение политического диалога. Думаю, что определенную роль тут сыграл и предвыборный период в России.

- Брюссель добивается от России широкого доступа к разработке ее энергоресурсов, при этом в третьем пакете Энергетической хартии есть пункт об ограничении иностранных инвестиций в энергетический сектор ЕС...

- Третий пакет не ограничивает иностранные инвестиции, за одним исключением - оно касается важнейших высоковольтных линий электропередачи и основных газопроводов. Иностранцы не могут их контролировать больше, чем на 50 процентов, если это специально не оговорено. Что же касается мажоритарного владения акциями в таких сферах, как производство энергии (газ и электричество) и ее распределения, то в третьем пакете участие иностранцев даже приветствуется. Сейчас, например, у «Газпрома» в Европе существует около 20 таких совместных проектов.

- Между тем в третьем пакете предполагается дробление вертикально интегрированных энергетических транснациональных корпораций на транспортные и добывающие. Какова в этой связи судьба собственности «Газпрома», в частности «немецкой трубы»?

- Северо-Европейский газопровод не считается объектом внутренней инфраструктуры. Правила же, которые касаются иностранцев, начинают действовать с того момента, когда газ пересекает границу Германии. То есть если у «Газпрома» больше чем 50 процентов в трубе, которая доходит до Германии, то это нормально, а вот уже внутри Германии не может быть больше 50 процентов.

- Ясно, что если российским поставщикам и европейским потребителям удастся найти баланс интересов, то это благотворно скажется на улаживании прочих разногласий. А если не удастся?

- Я не вижу причин для пессимизма. Энергетическое сотрудничество - в интересах и России, и ЕС. Собственно, все сводится к разговору о том, как распределять затраты и выгоды. И если мы сможем воздержаться от политической риторики, все будет в порядке. У нас есть выражение «ржавая селедка» - так называют отвлекающий маневр. В давние времена, когда заключенные бежали из тюрем, они брали с собой пахучую копченую рыбу, чтобы перебить нюх собакам. Так вот, если в отношениях между Москвой и Брюсселем будет меньше таких «ржавых селедок», то все у нас получится.

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Популярное в рубрике
Яндекс цитирования

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера