Архив   Авторы  

Демоверсия Конституции
Политика и экономикаВ России

Госдума одобрила предложенные президентом поправки в Конституцию и законы, корректирующие политсистему страны. Теперь слово за Советом Федерации и региональными парламентами. В скорейшем завершении конституционной реформы сомневаться не приходится - у партии власти все под контролем. Впрочем, пространство для дискуссии все же остается. Что важнее: буква Основного закона или его дух? Станет ли модернизированная политсистема более открытой и демократичной? Об этом на страницах "Итогов" спорят первый вице-спикер Госдумы от "Единой России" Олег Морозов и советник Конституционного суда Тамара Морщакова

С одной стороны

Олег Морозов: "Вне зависимости от срока полномочий выборы остаются демократической процедурой"

 

Олег Викторович, почему именно сейчас понадобилось ставить вопрос о продлении срока полномочий президента и парламента и почему именно до шести и пяти лет соответственно?

- А если бы это было сделано за месяц и даже за год до окончания полномочий Дмитрия Медведева? Наверняка такой шаг вызвал бы массу спекулятивных вопросов: не делается ли это под конкретного человека, под конкретную политическую задачу? Просто это было первое послание вновь избранного президента, и он стратегически сформулировал свое видение развития политической системы страны. Он увязал предложение по срокам с другими инициативами, которые касаются реформирования нашей политической системы в направлении ее демократизации. То есть это стратегический выбор президента. А что касается содержательной стороны, почему предложено увеличить сроки, то, на мой взгляд, ответ очевиден. Эта тема давно обсуждалась, и все или подавляющее большинство не видели никакой проблемы в том, чтобы продлить срок полномочий президента. По этому вопросу имелся политический консенсус. Обсуждали только, на сколько увеличить срок президентских полномочий. Одни говорили семь, другие пять лет, ну а Дмитрий Медведев предложил шесть. Дело в том, что четыре года для стратегического планирования очень мало. За это время нельзя ни разработать достойную стратегию, ни реализовать ее. Было бы нелепо, если бы мы имели следующую ситуацию: через четыре года президент идет к избирателям, просит доверия на следующий срок, но не может отчитаться за принятые им решения, поскольку их реализация рассчитана на большую перспективу. Что касается парламента, тоже понятно. Если мы продлеваем срок полномочий президента, то, с одной стороны, разрешается назревший вопрос разведения во времени выборов главы государства и Думы. Но, с другой, логично увеличить и срок полномочий Думы, без которой проводить соответствующий курс президент не может - он должен опираться на парламентское большинство, на его законодательную работу.

- Выборы - основной механизм демократической подотчетности власти. Не получится ли, что чем реже срабатывает этот механизм, тем меньше власть будет подконтрольна обществу?

- Давайте не преувеличивать важность года или двух лет, которые дополнительно получают парламент и президент. Вне зависимости от срока полномочий выборы остаются демократической процедурой, и очень важно, чтобы они проходили по результатам некой деятельности власти, которой можно дать оценку. Может быть, это в меньшей степени имеет отношение к парламенту, нежели к президенту, но и к парламенту тоже, особенно сейчас, когда он стал партийным. Когда Дума была смешанной, состояла из одномандатников и партийцев, было не очень понятно, в рамках какой политической конструкции парламент функционирует. А теперь мы идем в Думу с определенной партийной программой. И должны иметь достаточно времени для ее реализации.

- Есть ли вероятность досрочных выборов в связи с принятием поправок в Конституцию?

- А какой в них смысл? Воля народа выражена, и надо строго следовать ­принципу, что верховная власть в стране принадлежит народу. Он нам доверил парламент на четыре года, действующему президенту также даны полномочия на четыре года. Когда мы внесем изменения в законодательство, появится новый политический регламент и народ будет наделять вновь избранную власть полномочиями в соответствии с ним.

- Предложенная президентом новая система выдвижения кандидатов в губернаторы расширяет возможности партии власти. Не приведет ли это к снижению и так слабой политической конкуренции?

- А не кажется ли вам, что ситуация, которая имела место до этого, характеризовалась политическим лукавством? Все ведь знают, что есть президент и фактически его политическая партия, которая выдвигала его кандидатуру на выборах, есть премьер, который возглавляет эту партию, и все решения, в том числе по кандидатурам глав регионов, принимаются в этом треугольнике. Просто нет публичного освещения этого процесса, но никто не сомневается, что именно так все и происходит. Теперь говорится: появляется публичная составляющая, президент будет официально спрашивать у правящей партии ее мнение и рассматривать ее выдвиженца на губернаторский пост, понимая, что все будет происходить точно так же, как и сегодня. Обсуждать кандидатуру губернатора станут президент, глава правящей партии и, скажем, ее региональный лидер. Они будут принимать решение, а потом партия "освятит" его своим официальным предложением президенту. Это легитимизация процесса, который существует по факту, и Дмитрий Медведев просто достроил конструкцию до публичного законодательного уровня.

- Зачем же тогда останавливаться на полпути. Не следует ли точно так же легитимизировать и процедуру назначения премьера: партия выдвигает, президент поддерживает?

- Я не только сторонник такого механизма, но и написал соответствующий законопроект, который еще в 2004 году был передан в администрацию президента. У документа очень простой смысл: если партия получает в Думе 225 плюс один голос, она имеет право предложить президенту кандидатуру на пост главы правительства. Президент вправе принять или не принять это предложение. Понятно, что поскольку это одна политическая команда, то кандидатура будет заранее согласована и президент ее примет. Почему я считаю, что сегодня необязательно настаивать на законодательном закреплении этой нормы? Потому что по факту мы имеем даже более жесткую конструкцию. Лидер победившей партии заранее был выдвинут будущим президентом в премьеры. Дмитрий Медведев еще до выборов сказал, что если его изберут президентом, то премьером он предложит Владимира Путина. Впрочем, рано или поздно будет закреплено, что победившая партия выдвигает кандидатуру главы правительства. Я подозреваю, что есть только один аргумент, который пока останавливает от принятия такого решения, - у нас еще не устоялась политическая и партийная система. Мы только одни выборы провели по партийному принципу. И, прямо скажем, сегодня в стране существуют в чистом виде только две, ну, может, три политические партии. Я имею в виду думские партии, потому что "Справедливая Россия", которая сделала только первый шаг в парламент, находится в стадии идеологической идентификации. Когда все партии станут системными, идеологическими, кадровыми, тогда идея выдвижения премьера от победившей будет вполне логичной.

С другой стороны

Тамара Морщакова: "Жесткость конституционной конструкции сохраняется лишь в условиях, когда обеспечены многопартийность и плюрализм"

 

Тамара Георгиевна, президент объяснил предложенные им изменения в Конституцию и законы необходимостью укрепить демократические институты. Насколько средства соответствует цели?

- Ряд изменений имеет, безусловно, демократическую направленность. Однако нужно понимать, что в наших условиях эти поправки не всегда будут служить заявленной цели. В ситуации, например, когда подавляющее большинство в Госдуме принадлежит "Единой России", а возглавляет эту партию сам премьер, отчет главы правительства перед парламентом будет более похож на доклад лидера партии на ее съезде. Кроме того, не все поправки преследуют цель расширить демократические основы устройства власти. К таковым, например, вряд ли можно отнести идею увеличить срок полномочий президента и нижней палаты.

- Имеет хождение версия, что четырехлетний президентский срок, заложенный в нынешнюю Конституцию, был компенсацией за обширные полномочия главы государства...

- Четыре года возникли, конечно, не на пустом месте. При таких больших полномочиях президента необходим был механизм, позволяющий избирателям через какое-то не слишком продолжительное время скорректировать свой выбор. В том случае, если лицо, занимающее высший государственный пост, не оправдало их надежд. Это была нормальная реакция общества, которое склонялось тогда к демократической традиции и учитывало урок своего не такого уж далекого прошлого.

- Но ведь звучат и иные аргументы: четыре года президентства - критически мало для столь огромной и сложной страны, как Россия...

- Поскольку существует возможность повторного избрания, фактический срок полномочий вряд ли составит менее восьми лет. Единственный пока случай, когда президента избрали лишь на четыре года по действующему Основному закону, - Борис Николаевич Ельцин. И то было еще некоторое "отягощение" предыдущим сроком - по старой Конституции. То же самое можно наблюдать, кстати, и в судебной системе, где председатели судов назначаются на шесть лет с возможностью последующего переназначения. Возьмите статистику: если только не случается какого-нибудь несчастья со здоровьем или преступления, люди занимают эту должность по двенадцать лет. Таковы уж наши традиции.

- Так, может, за образец как раз и была взята нынешняя судебная система?

- Не думаю, что этот опыт можно назвать положительным. Шестилетний срок полномочий председателей судов был установлен в 2001 году и, считаю, очень повредил независимости судебной системы. Вводить его можно было лишь при условии запрета на переназначение. Сегодня же люди, руководящие судами первый срок, должны, естественно, заслужить расположение тех, от кого зависит их повторное назначение. Ну вот они и заслуживают.

- Тогда каков, на ваш взгляд, оптимальный срок президентских полномочий?

- Я не берусь оценивать, какими должны быть сроки полномочий. Это вопрос не права, а политической целесообразности. Однако политическая целесообразность тоже требует своего рацио­нального обоснования, которого я пока не вижу. Что случилось такого, чтобы так срочно потребовались подобные изменения? Увеличение срока президентских и парламентских полномочий означает, что граждане значительно реже смогут реализовывать свое активное избирательное право. А между тем согласно норме, закрепленной в Европейской конвенции по правам человека, достигнутый в стране уровень демократических прав и свобод не должен снижаться. Для того чтобы оправдать отход от этого принципа, нужны какие-то очень серьезные мотивы.

- Какие именно?

- Возможны разные ситуации - война, разного рода ЧП и так далее. Если же такие серьезные вещи предлагаются в относительно спокойной ситуации, это вызывает вопросы. Может быть, конечно, мы просто не все знаем. Может быть, действительно есть серьезные причины - связанные, например, с ситуацией в экономике. Но согласно правилам, действующим в демократическом обществе, о таких причинах должно быть заявлено открыто.

- Но нынешнему составу Федерального собрания вполне хватило тех объяснений, что прозвучали в послании президента.

- Иными словами, им вообще не требуются объяснения. Известно, как нынешний парламент принимает законы. Например, для решения о переезде КС в Санкт-Петербург хватило объяснительной записки в две с половиной строки и согласия правительства на соответствующие расходы. Которые, кстати, в дальнейшем были увеличены в десятки раз. И никто ведь не потребовал отчета по этим огромным тратам. Сегодня много говорят об усилении контроля Госдумы над правительством. Но самым эффективным средством такого контроля парламент уже располагает - это контроль за бюджетом. И что же? Бюджет может быть принят в любом виде, к его исполнению тоже никаких вопросов никогда не возникает. Введение отчетности правительства перед парламентом ничего не меняет в этой ситуации.

- Один ваш коллега так оценил возможные последствия правки Основного закона: задумав поправить крыльцо, мы рискуем обрушить все здание. Не слишком ли трагично звучит?

- Такие опасения есть и у меня. Процедура внесения поправок в Основной закон очень жесткая: две трети голосов в ГД, три четверти - в СФ, одобрение двух третей субъектов Федерации. Все эти барьеры как раз и задумывались для того, чтобы минимизировать возможность конституционных изменений. Но жесткость конституционной конструкции сохраняется лишь в условиях, когда обеспечены многопартийность и плюрализм, а сегодня наша политсистема больше напоминает однопартийную. И значит, поправки действительно могут пойти валом. Где гарантия, например, что потом и шести лет не окажется мало? Сначала переделают "крыльцо", а затем дело дойдет и до "крыши". Политических сил, которые могут противостоять этому, пока, к сожалению, нет...

Политика и экономика

Что почем
Те, которые...

Общество и наука

Телеграф
Культурно выражаясь
Междометия
Спецпроект

Дело

Бизнес-климат
Загранштучки

Автомобили

Новости
Честно говоря

Искусство и культура

Спорт

Парадокс

Анекдоты читателей

Анекдоты читателей
Популярное в рубрике
Яндекс цитирования

Copyright © Журнал "Итоги"
Эл. почта: itogi@7days.ru

Редакция не имеет возможности вступать в переписку, а также рецензировать и возвращать не заказанные ею рукописи и иллюстрации. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. При перепечатке материалов и использовании их в любой форме, в том числе и в электронных СМИ, а также в Интернете, ссылка на "Итоги" обязательна.

Согласно ФЗ от 29.12.2010 №436-ФЗ сайт ITOGI.RU относится к категории информационной продукции для детей, достигших возраста шестнадцати лет.

Партнер Рамблера